«Золотая Коллекция»

Подписывайтесь на рассылку «Золотая коллекция»
Приглашаем наших друзей и коллег стать подписчиками расширенной версии электронного журнала «Монтессори-клуб»! Мы будем отправлять Вам подборку лучших и самых актуальных материалов сайта один раз в неделю по вторникам.

Подключайтесь к нашим учебным программам
Получайте вместе с нами информальное образование! Узнайте о педагогике М.Монтессори самое главное и из первых рук! В наши персональные рассылки вошли лучшие статьи журнала «Монтессори-клуб», часть из которых больше нигде не публиковались, аудио и видео-файлы, комментарии и задания экспертов.

Выберите Курс »

«Неожиданно я поняла: это и есть настоящая школа»

Мария Боскетти Альберти
Об этой школе в Италии выдающийся теоретик педагогики начала прошлого века Адольф Ферьер сказал так: «Глядя на Вашу школу, как будто смотришь в просвет приоткрытой двери в образование будущего. Вы опередили на тысячу лет нынешнюю цивилизацию».

По страницам Дневников
Марии Боскетти Альберти
(Maria Boschetti Alberti) (1879-1951),

Документы из архива Грации Хонеггер Фрешко
Публикуется по тексту журнала «Тетради Монтессори»
Перевод с итальянского Елены Амаро


Мы боролись за право нести ее сумку

«Я хорошо помню мою учительницу из Муццано (Muzzano) Марию Альберти – высокая, с черными волосами, городского, а не поселкового вида, как другие наши женщины. Она всегда была хорошо одета, чаще всего в белый цвет. Это было более пятидесяти лет назад, но я все равно помню, как мы семенили ей навстречу к трамвайной остановке возле церквушки или вились вокруг нее летом, когда она вела нас на прогулку на холм Брусада (Brusada). Как мы дрались за право, кто первым понесет ее сумку. А она только нежно улыбалась нам...».
Так уже в 1973 году описывал Марию Альберти один из ее первых учеников.

Вот  свидетельство другого ученика: «В школе мы работали сами по себе: каждый из нас мог следовать своим собственным интересам. Интересы каждого были не похожими на других. Поэтому мы каждый день приносили в школу что-то свое – книги, предметы или природный материал, стихи и рассказы, которые сочиняли сами. Все наши достижения мы показывали друг другу, затем происходил обмен материалами. Нас захватывало, что мы создавали свой собственный мир, где не было места ничему чуждому для любого из нас».

Сын Марии Альберти – Франко Боскетти (Boschetti) – так комментирует сказанное: «Казалось, ее труд был незаметен. Как на поверхности нашей планеты подземные толчки влияют на ход земной жизни, так и ее безграничное доверие к сильным сторонам наших характеров влияло на нас. В то же время она старалась исключить свое собственное, даже минимальное, давление на развитие каждого из нас».

В эпоху между восемнадцатым и девятнадцатым веками мировая педагогика была огромным серым пятном. Работы швейцарцев Руссо и Песталоцци зажгли в обществе дискуссию о доминирующей и репрессивной роли учителя в жизни детей. В сравнении с итогами авторитарного обучения результаты свободной работы детей в школах Руссо и Песталоцци оказались превосходными. Идеи этих выдающихся ученых составили «педагогическую поэму» нового гуманистического способа обучения и нового направления развития педагогической мысли – реформ-педагогику.
 
Когда Мария Боскетти Альберти начала преподавать в школе, она поняла,  что педагогика стоит на месте и это опасно для становления мировоззрения ее учеников. Пассивность и муштра школьной жизни тех лет, как она писала в своих дневниках, убивает любой интерес детей к обучению. «Дядя Пеппо прав: наши подростки двигаются как марионетки, послушные тем, кто натягивает веревочку. Они блеют в ответ на приветствие, как овечки, их лица имеют невыразительный взгляд, стеклянные глаза».

Что говорил о школе дядя Пеппо?

Дядя Пеппо, который так говорил о школе, был крестьянином, довольно знаменитым в своем деле землемером. Он занимался строительством водопроводов, и однажды его даже позвали на работу в Сардинию. В своих высказываниях относительно педагогики он был весьма критичен. Часто сетовал: «Французы правы, когда говорят: «Bete comme un maitre d’école» (глуп, как школьный учитель). Когда наши педагоги начинают учить детей, сразу решают, что сами они уже все изучили и знают. Учителя теряют интерес к собственному ученью, не хотят сами познавать что-то новое – в этом их проблема».

В 1915-16 году Мария Альберти обосновалась в Муццано (Muzzano). Она стала  работать школьной  учительницей с большим чувством долга, но, к сожалению, без окрыляющего интереса. Каждый раз при входе в класс ею овладевали тяжелые мысли, а на память приходили картины прошлого. Однажды, когда она была еще маленькой,  учитель дал ей ниточку с узлом на конце и несколько бусин, которые надо было на эту нитку нанизать. Работа была трудна, но, когда все же бусы были готовы, счастливая девочка подошла к учителю, чтобы показать результат. Вместо ответа учитель развязал узел и велел возвращаться на свое место и нанизывать бусины заново. Травма осталась на всю жизнь.

Проработав школьной учительницей без малого  15 лет, Мария Альберти решает обратиться в «Компанию Demopedeutica» города Тичино, которая предоставляла гранты для обучения за рубежом новым методикам работы с детьми-олигофренами. «В те дни у меня не было никакой любви к моим ученикам, – пишет Мария Альберти, – я стою за кафедрой с одной стороны, строгая, как древнее карающее «божество», они сидят по другую сторону, отделенные от меня невидимой стеной леденящего отчуждения. Я одна с моим авторитетом, строящимся на отметках и наказаниях. Дети же объединены против меня в тайном сообществе. Признаюсь (признаваясь, краснею), что, когда роман, который я читала дома, был интересным, я брала его в школу, чтобы закончить чтение,  перелистывая страницы из полуоткрытого ящика стола...».

Давайте присядем тут и будем наблюдать детей

Итак, Мэри Альберти отправляется учиться в Италию, где посещает учреждения для детей с особенностями в развитии. В Милане это была школа Захария-Трире, в Риме – садик «Санте Де Сантис».  Но ударом молнии для нее стало посещение начальной школы Монтессори, которая открылась в стенах древнего монастыря на улице Даверио в Милане, благодаря Гуманитарному обществу, где Марию Альберти приняла Анна Федели, одна из самых верных соратниц Марии Монтессори. Сама же Монтессори в том же году опубликовала свой второй том: «Самообразование в начальных школах» (L’autoeducazione nelle scuole elementari). Во вступлении к этой книге она упоминает имена своих первых последователей Анны Федели и Анны Марии Маккерони (Maccheroni), которые покинули престижные должности и пожертвовали сбережениями, чтобы внести свой вклад в эксперименты по методу Монтессори. Она была обязана этим замечательным женщинам своим признанием.
«Анна Федели сказала мне: «Давайте сядем здесь и будем наблюдать детей в работе. Это прекрасно – находиться среди них и смотреть, как они работают!

Такие слова произвели на меня впечатление, будто их взяли из Святого Писания – непонятно и бессмысленно. Первый визит в школу не вызвал у меня интереса. Но на следующий день я снова пошла в древний монастырь, где располагалась школа Гуманитарного общества. Два учителя сидели в углу с какой-то газетой в руках и спорили друг с другом. Дети рисовали, вставали, когда им заблагорассудится, переходили с места на место, и все же никакого беспорядка в их движениях и разговорах не было заметно и работа прогрессировала. Неожиданно я поняла: это и есть настоящая школа! Дети делают свою работу не спеша, есть в них что-то противостоящее суматохе и  непрерывным призывам к вниманию со стороны учителя. Им здесь очевидно нравится – повсюду улыбающиеся лица, спокойные речи. «Мадам! Идите сюда и побудьте с нами!». Один из детей поднялся и уступил мне свое место. Затем дети объяснили, что сегодня их учителя обеспокоены известием о войне, но это сообщение в газете не изменило климат класса». Так писала в своих Дневниках того времени Мария Альберти.

И по сей день любой человек, впервые посещающий школу Монтессори, где бы она ни находилась и к какой возрастной группе ни относились ее ученики, испытывает изумление и недоверие к увиденному. Тут же возникает интерес и стремление попробовать сделать то же самое, добиться подобного результата.

Основные составляющие школы Монтессори – это свободный выбор деятельности, времени, когда этой деятельностью заниматься, и способа работы, а также свобода передвижений по школе. Каждое из этих составляющих поощряет спонтанное повторение, концентрацию внимания детей до тех пор, пока интерес не будет исчерпан. При этом важно довести выбранное дело до конца. Не достаточно сказать: «Я хочу выучить то-то или то-то».  Необходимо иметь под рукой конкретные предметы для работы. То есть окружающая детей среда должна быть подготовлена для учебной работы. Не достаточно только книг и тетрадей, нужны реальные инструменты, подходящие для умственной и ручной деятельности детей.


Новая школа в Муццано (Мuzzano)

Появление метода Монтессори положило начало великой революции в образовании. Позже к ней присоединились многие педагоги мира. И одной из первых стала американка Хелен Паркхурст (Parkhurst), которая работала с мультиклассами детей, опираясь на свободную работу своих учеников.

Вскоре по методу Монтессори со старшими детьми стала работать и  Мария Альберти. Этот метод встретил положительную оценку у индийского общественного деятеля и поэта Рабиндраната Тагора и у русской – Татьяны Сухотиной-Толстой – дочери писателя и педагога Л.Н.Толстого. Влияние открытий Марии Монтессори достигло «Maison Des Petits» в Женеве, а в 1922 году был открыт экспериментальный  детский сад в Москве под руководством Веры Шмидт, и, как мы теперь знаем, огромную работу по системе Марии Монтессори, начиная с 1913 года, проделала в Санкт-Петербурге русская  учительница Юлия Фаусек. То же произошло и в Доме Ребенка в Вене под руководством Анны Фрейд.

Кто знает, может, и Антон Макаренко пытался применить принципы педагогики Монтессори в своей работе с трудными подростками, относясь к ним с уважением и  участием, как это делала и Монтессори. В числе великих педагогов-гуманистов можно назвать имена Януша Корчака, Селестена  Френе,  Арно Штерна. Несмотря на некоторые теоретические и практические различия, методы их работы с детьми имеют много общего с методом Монтессори, который основан на вере в природные силы любого ребенка или подростка.
Подобные слова можно отнести и к  Марии Альберти, к ее смелому начинанию в Муццано в 1915 году.  Там она работала с мультиклассом  для детей 6-7 лет, а позже и для учеников другого возраста. После Муццано Мария Альберти повторила свой опыт в Агно
(с детьми от 11 до 15 лет). Мария Альберти больше не хотела видеть их, полных жизни, за пределами школы и становящихся бездушными масками в классе. Она стала применять на деле метод, которому ее обучили в Италии, а Анна Федели оказывала ей в этой работе необходимую поддержку. Первым делом началась подготовка соответствующих дидактических материалов, которые она видела в работе у детей в школе Гуманитарного общества: шероховатые буквы, передвижной алфавит, вкладыши, геометрические фигуры, грамматические коробки, рамки, ткацкий станок и многое другое.


Дети в условиях свободы

В дневниках Марии Альберти хорошо описаны дети в условиях свободы.  В классе они начинали спонтанно писать сначала слова на своем диалекте, а затем по-тоскански. (В Италии каждый из 20 регионов говорит на своем диалекте. Государственный итальянский язык – это тосканский диалект, или еще его называют флорентийский. В Швейцарии,  в итальянском кантоне, общепринят итальянский или тосканский язык, кроме которого, живущие здесь люди  говорят на кантоньерском диалекте, - Прим. переводчика).

Литературные произведения детей класса Марии Альберти состояли из записанных диалогов, жизненных эпизодов, небольших стихотворных текстов, которые ясно показывали удовольствие ребенка от появившейся способности писать.

Ошибкам при письме не придавалось столько внимания, сколько в обычной школе. «Я лично, – пишет Мария Альберти, – придаю им лишь второстепенное значение и предпочитаю поддерживать в детях хорошую привычку к порядку, к правде, точности, понимая,  что мои ученики не всегда меня могут понимать. Многие мои коллеги не поддерживают меня: «Отлично, но мы стремимся к сути обучения детей, к их знаниям и умениям». Бедняги, действительно, верят в то, что за время обучения предмету в школе можно достичь этой цели.  Но я и не собираюсь менять их убеждения. Я лишь хочу нарушить общее представление об образовании, как о производственном потоке. Когда посетители приходят ко мне в класс и видят, что дети сами делают устные расчеты, читают книги или стихи, то весь их вид говорит, что они не верят происходящему и что эти дети так ведут себя потому, что кто-то приказал им так делать...».

Вот воспоминания учеников из школы в Муццано: «Каждый из нас, приходя утром в школу, приносил что-то из дома в соответствии со своими интересами. В нашем классе между изучаемыми предметами и обсуждаемыми аргументами не было барьера. Когда к кому-нибудь, разбирающему интересную тему, подходил товарищ, тут же затевался живейший спор. Это был тот вид созидательного спора, после которого ощущалось, что мы вместе на порядок приблизились к правде. Порой тема захватывала и остальных, и мы собирались в группы, чтобы обсудить ее, и даже сдвигали столы. Учитель в классе был не заметен, его функция заключалась в способности реагировать, не давя собственным мнением. Сложность такой учительской работы заключалась именно в том, чтобы воздержаться в проявлении собственного авторитета. Например, у меня была страсть к географии, и я часто заглядывал за классную доску, где висела карта. Учительница видела, что я был там, но позволяла мне делать то, что я хотел...».

Дневники Марии Альберти 1919 и 1920-х годов особенно захватывающие. В записях-наблюдениях наглядно показано непрекращающееся удивление учительницы спонтанным проявлениям своих учеников, многие из которых не обладали большими способностями.  Косвенно поощряемые педагогом, они  предлагали ей необычные результаты своей учебной работы.

***
Грациозный и разнообразный Муццано,
Ты коронован горами
И омываем водами озера.
Шлю тебе, друг мой, привет
Из любимого Муццано.

***
Ласточки, ласточки,
Вы совсем маленькие,
Играете и клюете,
Весь день поете.
Только ночью вы отдыхаете.
Спокойной вам ночи,
Мои маленькие ласточки.
 
Некоторые из посетителей класса Марии Альберти с трудом верили, что дети могут писать так красиво без уроков каллиграфии, и приходили в замешательство, обнаружив, что они самостоятельно исправляют свои ошибки. Но они не видят того, что видит их учитель: чтобы так писать,  ребенок встает со своего места и берет коробку с шероховатыми буквами и затем подолгу  водит пальчиком и карандашом по поверхности дощечки.

Один из замечательных теоретиков образования того времени Адольф Ферьер не раз посещал школу  Марии Альберти в Анго. Он высоко ценил ее работу. Франко (Boschetti) – сын Марии Альберти, вспоминает гостя в их доме – этого великого старика, с лицом привидения, почти полностью глухого с детства. «Он, оживленно разговаривая с матерью, просил быстро писать ему ответы в специальном блокноте, который он всегда носил с собой.

Ферьер больше других педагогов-реформаторов понимал и ценил метод Марии Монтессори, и потому мог в полной мере  понять работу в области образования Марии Альберти. Позднее именно его обвиняли в создании мифа вокруг этой учительницы, которая  казалась  многим колдуньей.

«Миф? Школа, реализованная в Agno, – это активная школа моей мечты с ее невыразимой гармонией и поэзией, – писал Ферьер с присущей ему романтической смелостью. – Глядя на вашу школу, как будто смотришь в просвет приоткрытой двери в образование будущего: вы опередили на тысячу лет нынешнюю цивилизацию». (Адольф Ферьер)


Статья из журнала «Монтессори-клуб» № 2 (37) 2013 г.

Как и где узнать о педагогике Монтессори больше?

Предлагаем Вам стать участником программы "Монтессори-педагогика для всех". Это платная рассылка серии из 48 писем, каждое из которых включает в себя подборку статей о педагогике Монтессори, задания для самоконтроля и мультимедийные материалы.

Автор программы Елена Хилтунен: Монтессори-педагог, инициатор и родоначальница возрождения монтессори-педагогики в России, эксперт Ассоциации монтессори-педагогов России, автор более 30-ти книг о педагогике Марии Монтессори.

Интересно? Расскажите друзьям:

Мария Боскетти Альберти

(Maria Boschetti Alberti) (1879-1951), 

Наши учебные программы:
Монтессори-педагогика для всех
Монтессори-педагогика для всех
2400 руб.
Монтессори-педагогика для родителей
Монтессори-педагогика для родителей
1200 руб.
Учитель для школы Монтессори
Учитель для школы Монтессори
990 руб.
Монтессори-педагогика для «исключительных детей»
Монтессори-педагогика для «исключительных детей»
1200 руб.
Монтессори-бабушки в строю
Монтессори-бабушки в строю
1200 руб.
Первые шаги. Монтессори-педагогика от 0 до 3-х
Первые шаги. Монтессори-педагогика от 0 до 3-х
1200 руб.
Русский язык по методу Монтессори
Русский язык по методу Монтессори
1200 руб.
Пробуждение творчества. Метод М. Монтессори
Пробуждение творчества. Метод М. Монтессори
1200 руб.
Домашняя школа Монтессори. Диалоги в письмах
Домашняя школа Монтессори. Диалоги в письмах
1200 руб.
Понимание математики. Метод М. Монтессори
Понимание математики. Метод М. Монтессори
990 руб.
Первая монтессори-учительница России
Первая монтессори-учительница России
990 руб.
Материалы на эту тему:
Катерина Демина

Надо ли отрывать детей от компьютера? Айфоново детство

Екатерина Сорокина

Будем любить родителей не меньше, чем их детей

группа авторов

Четыре маленьких истории про то, как мне вдруг стало ясно...

Татьяна Никитина

У вас растет «гуманитарий» или «технарь»?

Грация Х. Фрешко

Дети Арно Штерна – полноценные хозяева чистого листа и красок

Подключайтесь к программе «Монтессори-педагогика для всех»
В учебную программу, рассчитанную на год, вошли лучшие статьи, часть из которых больше нигде не публикуется, аудио и видео-файлы, комментарии и задания экспертов.

Узнать подробнее »