«Золотая Коллекция»

Подписывайтесь на рассылку «Золотая коллекция»
Приглашаем наших друзей и коллег стать подписчиками расширенной версии электронного журнала «Монтессори-клуб»! Мы будем отправлять Вам подборку лучших и самых актуальных материалов сайта один раз в неделю по вторникам.

Подключайтесь к нашим учебным программам
Получайте вместе с нами информальное образование! Узнайте о педагогике М.Монтессори самое главное и из первых рук! В наши персональные рассылки вошли лучшие статьи журнала «Монтессори-клуб», часть из которых больше нигде не публиковались, аудио и видео-файлы, комментарии и задания экспертов.

Выберите Курс »

Селестен Френе. Другой взгляд на школу

Рустам Курбатов
1918 год. Селестен Френе, двадцатилетний учитель начальной школы, тяжело раненный в правое легкое, возвращается с войны в родную деревню на юге Франции… Эта война многое поменяла в сознании европейцев. Вера в прогресс, человеческий разум, гуманизм – все в прошлом. И оказалось, что вчерашние выпускники классической немецкой школы и великолепной французской школы Третьей Республики – готовы были убивать друг друга. 
Значит, что-то не так было в этих школах. Значит, Корнеля и Шиллера недостаточно. А настоящее образование – нечто большее, чем красивый почерк и знание математики. Мы не должны возвращаться к старой школе – это был урок Первой Мировой.

Учитель меня не любит?
 
Глеб П., лицей «Ковчег-XXI», г. Красногорск, 5 класс. Выгнан с урока русского языка. На вопрос директора: «За что выгнали?» – ничего не говорит, возбужден, на месте не сидит, мечется по коридору от стенки к стенке. Через десять минут начинает давать показания: «Хотел ответить, тянул руку, она меня не спрашивает». На разъяснения директора, что учитель не может спрашивать всех сразу, что надо уметь держать себя в руках, соблюдать правила и проч., Глеб произносит последнее слово: «Она меня не любит…»

Любовь и Школа – уместен ли этот разговор? Что такое любовь на уроке русского языка? Мягкая улыбка, добрая шутка, поглаживание по голове? Гладить по голове – и говорить о правилах пунктуации в простом предложении, о звукобуквенном анализе, о фонетическом разборе? 6 часов в неделю теоретической грамматики и ни строчки
за всю школьную жизнь от себя, «от души» – какая уж тут любовь! Десять лет без права переписки…

Дело не в поглаживании по головке, а в праве ребенка делать на уроке то, что ему интересно. Выполнять работу, смысл которой понятен. Но возможно ли это в нашей школе? С ее государственной программой, жестким планированием и ЕГЭ? Или это должна быть совсем другая школа?

Право на переписку 

Что сделал Френе? Он принес в школу маленький типографский станок: две деревянные дощечки, литеры, рамки для них, валик с краской… И Школа изменилась.

Оказалось, дети любят писать. Так же, как любят говорить, играть, рисовать. Только если речь идет не о списывании упражнений, а о настоящем письме. Но что это такое – настоящее письмо? Ты имеешь право писать о чем хочешь: на каникулах мы ездили к бабушке в деревню; вчера в лесу я видел дятла; в воскресенье мы с мамой ходили в супермаркет… Темы могут быть разными, но должно быть все по правде, а не сочинение по картинке. Не бывает письма без читателя (школьные упражнения не в счет). Поэтому детские тексты печатаются в школьной типографии, газеты раздаются родителям, отсылаются друзьям в других школах.
А ошибки? Ученик пишет «свободный текст» – так называет его вслед за Л.Н.Толстым Френе. Тексты читаются вслух, выбирается лучший. Он печатается, набирается вручную, и навык правильного письма формируется буквально на кончиках пальцев… Много раз видеть одно и то же слово правильно написанным, собирать его из отдельных буковок-литер, править ошибки и, если надо, делать специальные упражнения на карточках по тренировке грамотности – вот естественный путь обучения родному языку. Через зрительную и тактильную память, через опыт. «Познание на ощупь» – так называет этот метод Френе. «Редактирование текстов – это королевская дорога к грамотности», – пишет он. И не жалеет сарказма и иронии по поводу традиционных методов обучения письму, когда все начинается с изучения правил и заканчивается контрольным изложением. Схоластика!

Свободные тексты – лишь один пример. Математика: дети взвешивают различные предметы, измеряют расстояния на школьном дворе, составляют смету путешествия в соседний город… Естествознание: идут смотреть, как застывает вода в пруду, готовят доклады о своих домашних животных, динозаврах, планетах Солнечной системы… История: расспрашивают бабушек и дедушек о жизни пятьдесят лет назад…

Чтение: читают книги (не по программе – а свои любимые!), ставят спектакли, сочиняют стихи и сказки…

Это школа, где каждый может делать то, что хочет. То, что ему интересно, – если уж совсем строго. Где нет жесткой программы, а есть Интересные Дела. И при этом никто не должен мешать работать другому. Более того, поддерживается и приветствуется работа в группах. Это школа, где знания не даются в готовом виде. Дети много мастерят, экспериментируют, работают с разными книгами (сегодня уже и с компьютерными программами, видеофильмами). И при этом все-таки выполняется «государственная программа». Но без зубрежки. Это совсем другая школа.

А все-таки - зачем человеку учиться? 

Что такое «современная школа», школа начала XXI века? Компьютеры, английский язык, этикет? Вероник Деккер, директор начальной школы в городе Монтрей под Парижем, где учителя работают «по методикам Френе», приехала в Россию посмотреть на «современные российские школы». Вопрос нашего завуча: «А сколько у вас там, в Париже, компьютеров в школе?» И ответ: «Дело не в компьютерах… Дело в интересе. Главное – хотят ли дети учиться и понимают ли они смысл того, что делают?»

Согласны мы или нет с этим ответом – но мы должны знать, во всяком случае, что наряду с традиционной школой, которая держится на послушании без размышления и зубрежке без понимания, в Европе уже почти сто лет существует школа, где каждый ребенок имеет право выбирать себе занятие по интересу.
Это, действительно, Другая школа.

Входим в класс Френе 

Текст, написан бельгийским педагогом, последователем Френе Анри Ландруа. Перевод Рустама Курбатова

Войдем в класс, который работает по «системе Френе», и постараемся понять, как организована здесь работа. Что отличает его от обычных классов?

Маленькое уточнение перед тем, как открыть дверь: идеального «класса Френе» не существует. Когда учителя, желающие побывать в классе, где применяют «техники Френе», просят меня на семинарах (будто заказывают вырезку у мясника): «Мне покажите настоящий класс Френе», я должен разочаровать их: они могут увидеть лишь классы, «идущие по направлению»; классы, где используют ту или иную «технику» – иногда это зависит от внешних обстоятельств, иногда от склонностей самого учителя. Последнее имеет большое значение: если вы побываете у учителя, страстно увлеченного фотографией или музыкой, у вас сложится впечатление, что он только и занимается этим делом на уроках – а на самом деле ему удается объяснить большинство понятий школьной программы через эту работу (математику через фотографию, например).

И все же «класс Френе» не перепутаешь с обычными классами. Внимательный наблюдатель без труда подметит некоторые особенности. Учитель, который мало-помалу начинает применять «техники Френе», через некоторое время замечает, что его класс становится другим.

Коллективные проекты 

В этом классе дети работают над коллективными проектами. Я не хотел бы приводить примеры тем проектов, чтобы не вышло путаницы с «проектным методом». Однако, попробуем. Тема, над которой будет работать группа, может быть предложена учителем или самими учениками. Из всех предложений выбирается одно, составляется план работы группы, уточняется содержание работы и определяется срок ее завершения. Эта работа делается всеми учениками сообща; преподаватель, будучи гарантом выполнения принятых решений, при необходимости подталкивает детей к работе и «подпитывает» их интерес. Некоторые виды работ проходят в маленьких группах, при четком распеределении ответственности между членами группы.

Индивидуальные проекты 

В таком классе каждый ребенок имеет возможность работать над собственным проектом. Получив свободу, ребенок, к примеру, может захотеть вести исследование любовных отношений у гиппопотамов, но, если его проект задевает интересы группы, он должен будет считаться с этим: если его охватывает желание перекрасить все стулья в классе в красный цвет, нужно будет поставить этот вопрос на обсуждение совета класса. Он работает над темой, которая ему больше всего интересна или над темой, в которой у него есть проблемы и поэтому он понимает необходимость дополнительной работы. У него всегда под рукой необходимые материалы: в короткий срок он при помощи учителя может найти работы других учеников, карточки, соответствующие страницы учебника – все, что нужно для того, чтобы найти ответ на собственный вопрос. Если Жан-Жак, к примеру, испытывает трудности в образовании множественного числа существительных, этот вопрос вносится в его индивидуальный план работы на неделю и Жан-Жак получает все необходимые материалы для работы. Таким образом, ребенок получает автономию по отношению как к группе, так и к учителю. 
Групповая и индивидуальная работа уравновешивают друг друга; в этих классах стремятся выработать совершенную формулу работы: некоторые понятия лучше усваиваются при групповой работе, другие – при самостоятельной, и иногда приходится сдерживать стремление
к чрезмерной индивидуализации. На практике иногда это стремление – как со стороны учеников, так и со стороны учителей – заходит слишком далеко: дети в этом случае отличаются сверхорганизованностью, но они лишены возможности работать сообща. Как и во всем остальном, здесь важна мера.

Власть детей 

В этих классах многие полномочия переданы детям. Чтобы избежать недоразумения, скажем сразу: не вся власть отдана детям, учитель остается хозяином положения, он определяет правила игры и четко определяет границы передаваемых полномочий. Учитель старается объяснять детям необходимость этих границ. И если ученики уже освоили пространство свободы, определенное этим «общественным договором», учитель может смело сказать им о ненужности и бессмысленности того или иного ограничения.

Все это происходит на советах класса – таков закон. Ученики знают, что на советах можно принимать важные решения, касающиеся жизни класса. Учитель стремится передать управление советом (ведение собрания, протокол…) самим ученикам – конечно, если дети, в силу своего возраста, способны выполнять подобные задачи.

Открытость класса 

Дети переписываются с учениками других школ или со взрослыми; класс выходит за пределы школы, устраиваются экскурсии, приглашаются в гости люди, которые могут рассказать что-то полезное, поделиться жизненным опытом.

Класс издает газету 

Все, что происходит внутри класса, имеет выход во внешнюю жизнь: дети имеют возможность самовыражения через газету, которая содержит исключительно результаты их творчества (ничего другого – даже кроссвордов и игр).

Исследовательский дух и познание наощупь 

Приветствуется и поддерживается исследовательская работа: коллективная, групповая, индивидуальная. Причем ответы на вопросы ищут не только в книгах – используются аудиозаписи и видеофильмы. Или обращаются непосредственно к человеку. Чтобы понять, как функционирует почта, лучше опросить почтальона с соседнего участка, чем прочитать книгу на эту тему. Всем понятно, и учитель не должен бояться сказать об этом четко и ясно, что никто сегодня (даже директор школы!) не может знать все – и это значит, что ценностью являются не знания сами по себе, а умение их получать, умение работать. Именно поэтому класс (или школа) оснащены библиотекой – это информационный центр, где дети должны уметь искать нужную информацию и правильно пользоваться ей. Особое значение имеет принцип «познания на ощупь» – он определяет всю учебную работу: минимум уроков «ех cathedra», но много времени для экспериментов, измерений, сравнений, обсуждений – поисков «нехоженых троп». 

Приветствуется свободное самовыражение 

В этих классах учитель ждет от детей свободного выражения чувств и мыслей, а не повторения заученных штампов. Он не вывешивает на стену, к примеру, таблиц с правилами, что, впрочем, не исключает использования этих таблиц в случае необходимости. Смысл всей работы заключается в том, чтобы преодолеть скованность и научиться выражать себя через рисунок, движение, театр, музыку, письмо. Надо согласиться, это серьезная программа.

Объединение усилий 

И еще один вопрос – и здесь, наверно, мы столкнемся на практике с самыми большими трудностями – учитель устанавливает правила и порядки, которые поддерживают дух сотрудничества, а не соревнования между учениками. Он осознает, что идет против течения: мнение родителей, общества в целом, телевизионные новости, спортивные таблицы, Тур де Франс, Конкурс королевы Елизаветы, – столкновение неизбежно, рано или поздно.
Но он знает также, что в будущем – и некоторые руководители предприятий, самые дальновидные, начинают это понимать – ни в какой области нельзя будет добиться успеха в одиночку.

Селестен Френе. Педагогические постоянные 

1. Ребенок – такой же человек, как и взрослый.
2. Большой рост – не основание для того, чтобы смотреть на других свысока.
3. Поведение ребенка в школе – это производная от его психологического и физиологического состояния.
4. Никто: ни взрослый, ни ребенок – не любит подчиняться силе. 
5. Никто не любит ходить строем, потому что «строй» – это всегда подчинение внешней силе.
6. Никто не любит, когда его принуждают выполнять какую-либо работу, даже если эта работа сама по себе не вызывает отвращения. Принуждение парализует человека. 
7. Человек предпочитает сам выбирать себе работу – пусть даже этот выбор не несет ему явных преимуществ.
8. Никто не любит работать вхолостую, как робот, то есть выполнять действия и подчиняться правилам, смысл которых он не понимает. 
9. Нам надо научиться пробуждать интерес!
10. Никакой схоластики!
10 а. Человек стремится к успеху. Безуспешность губит желание работать.
10 б. Труд, а не игра – вот естественное занятие для ребенка.
11. Не объяснение учителя и не наблюдение за тем, как работает другой (обычная школьная методика), а «Познание на ощупь» – вот естественный и общий закон познания.
12. Память – а на этом держится вся Школа – является ценностью только в том случае, когда она отвечает жизненным интересам ребенка.
13. Знания приобретаются не через выучивание правил и законов, как обычно думают, а опытным путем. Начинать с правил и законов – в изучении языка, искусств, математики, других наук – все равно что запрягать телегу впереди лошади.
14. Мышление не является, как учит схоластика, особым свойством, возникающим
в отрыве от опыта, в стороне от реальной жизни человека.
15. Школа культивирует лишь абстрактную форму мышления, которая в отрыве от жизни, становится лишь игрой в слова, в чужие мысли. 
16. Ребенок не любит слушать лекции.
17. Ребенок не устает от работы, если она ему интересна, отвечает его насущным потребностям.
18. Контроль с последующим наказанием воспринимается как унижение достоинства, особенно если это происходит публично. Никто: ни взрослый, ни ребенок – не любит такой «контроль».
19. Оценки и рейтинги не нужны.
20. Говорите как можно меньше. 
21. Ребенок не любит работать «в стаде», когда индивид превращается в робота. Он любит работать сам пo себе или в команде, в обстановке сотрудничества.
22. Порядок и дисциплина необходимы на уроках.
23. Наказания не нужны. Это унижает ученика и никогда не позволяет добиться поставленной цели. Наказания – это худший способ решения проблемы.
24. Новая школа предполагает существование коллектива, каждый член которого, в том числе учитель, принимает участие
в управлении.
25. Переполненные классы – серьезная проблема школы.
26. Крупные школы приводят к обезличиванию учителей и учеников.
27. Демократия завтрашнего дня рождается в Школе. Авторитарная школа не может вырастить человека демократических убеждений.
28. Учить детей можно только в обстановке уважения. Уважение к ученикам, а в первую очередь к учителям – одно из первых условий обновления Школы.
29. Педагогический консерватизм – элемент социального и политического консерватизма – серьезная реальность, мы должны помнить об этом и уметь противостоять этой силе. 
30. Нами движет и придает силы оптимизм и вера в жизнь.

Перевод с французского – Р. Курбатов 

Статья из журнала «Монтессори-клуб» № 2 (32) 2012 г.
Фото интернет-источник

Интересно? Расскажите друзьям:

Рустам Курбатов

директор лицея «Ковчег-XXI», г. Красногорск, Московская область

Наши учебные программы:
Монтессори-педагогика для всех
Монтессори-педагогика для всех
2400 руб.
Монтессори-педагогика для родителей
Монтессори-педагогика для родителей
1200 руб.
Учитель для школы Монтессори
Учитель для школы Монтессори
990 руб.
Монтессори-педагогика для «исключительных детей»
Монтессори-педагогика для «исключительных детей»
1200 руб.
Монтессори-бабушки в строю
Монтессори-бабушки в строю
1200 руб.
Первые шаги. Монтессори-педагогика от 0 до 3-х
Первые шаги. Монтессори-педагогика от 0 до 3-х
1200 руб.
Русский язык по методу Монтессори
Русский язык по методу Монтессори
990 руб.
Пробуждение творчества. Метод М. Монтессори
Пробуждение творчества. Метод М. Монтессори
1200 руб.
«Домашняя школа Монтессори. Диалоги в письмах».
«Домашняя школа Монтессори. Диалоги в письмах».
1200 руб.
Понимание математики. Метод М. Монтессори
Понимание математики. Метод М. Монтессори
990 руб.
Материалы на эту тему:
Катерина Ясько

Лишь 50% семилеток готовы к сидению за партами (хоть рядами, хоть за круглым столом)

Елена Литвяк

Не бойтесь изобрести велосипед!

Татьяна Бабушкина

Старинные минуты уроков фантазии. Видимо-невидимый предмет

Мария Монтессори

Мария Монтессори о своём методе

Татьяна Костенко

Ставка на интерес

Подключайтесь к программе «Монтессори-педагогика для всех»
В учебную программу, рассчитанную на год, вошли лучшие статьи, часть из которых больше нигде не публикуется, аудио и видео-файлы, комментарии и задания экспертов.

Узнать подробнее »