«Золотая Коллекция»

Подписывайтесь на рассылку «Золотая коллекция»
Приглашаем наших друзей и коллег стать подписчиками расширенной версии электронного журнала «Монтессори-клуб»! Мы будем отправлять Вам подборку лучших и самых актуальных материалов сайта один раз в неделю по вторникам.

Подключайтесь к нашим учебным программам
Получайте вместе с нами информальное образование! Узнайте о педагогике М.Монтессори самое главное и из первых рук! В наши персональные рассылки вошли лучшие статьи журнала «Монтессори-клуб», часть из которых больше нигде не публиковались, аудио и видео-файлы, комментарии и задания экспертов.

Выберите Курс »

Урок тишины Надежды Смирновой

Надежда Смирнова
Каждый раз перед тем, как начать разговор о перспективах монтессори-педагогики в России, мы делаем паузу. Собираемся с мыслями. И каждый раз – не знаем, какой ответ будет правильным. Потому что был в ее истории и 1914 год, когда, несмотря ни на что – голод, холод, военное положение, – монтессори-классы работали.  Был и 1926-й, когда несколько человек, далеких от науки, но близких партии, приняли решение за всю страну. Перечислив с десяток всевозможных «но», ответственные товарищи заявили: «Все эти изъяны исключают возможность использования биологической теории Монтессори в качестве педагогической основы советской дошкольной педагогики». Теория монтессори-педагогики была просто вычеркнута. Но был и 1991 год: когда наступило время перемен…

Елена Недбаева - руководитель НОУ «Монтессори-центр»,
Екатерина Кузьминых -  журналист

Другая история

Начало девяностых  было  временем  непростым, неудобным. А для дошкольного образования невозможным. Родители и педагоги понимали: надо что-то менять, а лучше – все. Понимали многие, меняли  единицы.

Елена Недбаева: Надежда Николаевна, когда Вы познакомились с педагогикой Марии Монтессори?

В начале восьмидесятых я училась в Московском университете на факультете психологии.  Но первые сведения о том, что дает метод Монтессори,  я получила не из программных курсов. Тогда в наших педвузах о Марии Монтессори говорили только самые общие слова. На спецкурсе по развитию памяти  преподаватель, которая знала о методе Монтессори и очень хорошо к нему относилась,  рассказывала про основные преимущества метода Монтессори,  описывала некоторые материалы.  И когда потом,  в  91-м году, Елена Александровна Хилтунен дала первое объявление о наборе курса по системе Монтессори, я собралась и поехала. Потому что уже и представляла, что это, да и время было  такое, когда хотелось что-то менять, это стремление было в воздухе.  Не все знали, что и как, но желание было огромное.
 
Вели тот курс Елена Александровна, Дмитрий Сороков, приезжал кто-то из немцев. Тогда, как я сейчас понимаю, наши преподаватели знали чуть больше нас, но самое важное – это был энтузиазм, который вел дальше.  Потом был  курс, на который приезжала  Мария Рот, это был длинный качественный курс, в целом он  занял несколько лет. На том же курсе был Теодор Хелльбрюгге, президент Международной Академии развития и реабилитации, который активно занимался интегрированным образованием, Лора Андерлик – основатель Mонтессори-терапии, специалист по космическому воспитанию Гербхард Зееле, глубокий знаток теории метода профессор Аурин.  Там был достаточно интересный подбор и российских лекторов.

Е.Н.: Чем Вас привлек метод?

Полной противоположностью тому, что было. Тем, чего были лишены мы, когда нас пытались воспитывать по единой схеме,  –  возможностью каждому ребенку оставаться самим собой.
Монтессори-педагогика  ничего не дает в значении «дать, навязать».  В педагогическом лексиконе даже понятие такое есть, учителя так и говорят: этот ребенок взял урок, тему, а этот не взял. А у Монтессори – нет, она создает условия. Это гораздо больше. А дальше все зависит от ребенка. Возможности ребенка колоссальны и ограничить его линейной программой навязанных примитивных действий невозможно. Я не знаю другой педагогики, где было бы такое равновесие всех компонентов. С одной стороны – это индивидуализация, когда каждый ребенок ни на кого не похож и свое развитие выстраивает по собственной программе, с другой  – уважение и внимание к интересам других.

Основная идея монтессори-педагогики – мы помогаем ребенку стать человеком своего места и своего времени. У нас он учится самому главному: жить в том мире, который есть.


Е.Н.: Если бы Мария Монтессори работала и в наши дни, стала бы она менять что-то в среде, в подходе к обучению?

Наследие Монтессори – это такой сплав  Востока и Запада, философии и технологии, свободы и дисциплины.   С одной стороны, свобода выражения для педагога и ребенка, а с другой – отработанные презентации, нормы  поведения. Мне кажется, есть четкие опоры, и они должны оставаться неизменными.  Но, как ученый, Мария Монтессори всегда стремилась опираться на самые последние исследования, и все, что она делала, было на пике внимания научного сообщества. Я  уверена, что и современные наработки она обязательно включила бы. Мир вокруг изменился. И среда не может не измениться. Неизменной остается природа ребенка.  И поскольку мы говорим о природосообразном образовании,  наша задача  та же: наблюдать,  анализировать и менять среду в соответствии с главной задачей – нормализацией современных детей.

Е.Н.: Сразу хочется задать вопрос о нормализации. Нашей площадке 10 лет – а такие нормализованные работающие дети, к сожалению,  редкость. Чего не хватает? Каковы типичные ошибки для российских площадок?

Многое идет из истории, обуславливается менталитетом. Педагогу трудно изменить свой взгляд на то, в чем заключается его роль. Сколько бы мы не говорили на словах, на деле считаем – наша задача обучить и развить. Даже если после курсов выходим с твердым убеждением, что мы этого делать не должны, то тут же сталкиваемся с родителями, которые нас убеждают в обратном – должны и обязаны. И мы развиваем и обучаем. Наш минус – слишком активные взрослые, которые постоянно что-то делают возле детей и с детьми, и времени на наблюдения у них не остается.

Меня всегда спрашивают – 30 детей и один педагог. Как же он справится? Только так и справится.  30 детей и понимание – дай-ка я сяду, и посмотрю, что происходит. И вот с этого момента начнется монтессори-педагогика.  Если у нас будет пятнадцать детей и двое взрослых –  мы всегда будем обучать и помогать. Каждую секунду – помогать, поддерживать, вкладывать в них самое лучшее. У нас будут хорошие дети. Но не будет ни нормализации,  ни монтессори-педагогики.

С общепринятой точки зрения  мы получаем качественный результат. Наши дети много чего умеют, знают, они хорошо воспитаны, к нам очередь. Никто проблемы не видит,  все гораздо лучше, чем в соседних детских садах.  Отсюда среда, в которой слишком много всего. Отсюда недостаточное внимание к тому, как среда воспринимается ребенком.  Как часто мы думаем о том,  что ребенок увидит? Есть ли у него возможность сосредоточиться? Но от Монтессори это, оказывается, по-прежнему очень далеко. Потому что ее результат – не в том, до скольки считает ребенок, как он пишет и читает, а в том, насколько он остается самим собой, насколько потом сумеет различить, что для него в жизни важно, а что – нет, будет ли он прикладывать усилия, чтобы добиться своих  целей.

Е.Н.: Есть дети, которым не подходит такой формат?

На мой взгляд, нет. Есть семьи, которым он не подходит. Ребенок не приходит к нам насовсем и ниоткуда. Он приходит из семьи, в семью возвращается. Это контекст его жизни.  Если семья принимает философию Монтессори – прекрасно.  Но  есть семьи, которым нужно что-то другое, и это нормально.

Обычно мы страдаем от того, что очень сложно четко и ясно объяснить, чем мы занимаемся. Пусть не за пять минут, пусть за полтора часа семинара рассказать так, чтобы было понятно.  По-моему, задача очень сложная. Но даже если вам удалось, не факт, что всем это надо. Одна проблема – объяснять сложно, но и понимать тоже сложно. Во всем мире есть сложившаяся  традиция – буквально, семейная – в группы приводят детей те, кто сам прошел через средовую педагогику. В России ситуация другая. 


Другой подход

Чуть больше двадцати лет прошло с открытия первых площадок в России.  Самые первые и самые стойкие – Снежинск, Омск, Томск, Ревда, Озерск. Уже выросло первое поколение  Монтессори-детей, родителей, педагогов. Однако наше Монтессори-сообщество  достаточно долго оставалось «вещью в себе», и тот образовательный продукт, который получился – самобытен,  интересен, но не совсем то, что понимают под Монтессори-методом во всем мире. И сейчас у педагогов есть потребность учиться дальше.  Не случайно, в Монтессори-практике нет понятия завершенного образования. Предела нет. Но есть базовый уровень, требования к которому со временем возросли. Причем, как  со стороны преподавателей, так и со стороны слушателей.

Е.Н.: В Новосибирске  первый курс был прочитан в 2004 г. А когда и где Вы читали свой первый курс?

Первый курс был специфический. В 1996 году мы командой поехали в Омск, на четыре дня. Четыре дня – и готовый педагог. Слушателей – 42 человека.  Мы планировали дать общее представление метода, а перед нами оказались люди, которые уже запустились, и им нужны презентации и опыт. За четыре дня дали все презентации в режиме нон-стоп. Потом стало понятно, какие это иллюзии, что люди ВСЕ поняли и ВСЕ увидели. То, что мы успели рассказать, никто не успел ни услышать, ни понять. Но в плане энтузиазма – да, было хорошо. У людей появилось ощущение, насколько это здорово и как это важно. К сожалению, для работы группы этого явно недостаточно.

Е.Н.: Как курс менялся?

В сторону удлинения, четыре дня – это ни о чем. Когда мы сами учились у немцев, у нас было 5 сессий по две-три недели. Целых  18 недель! Нам казалось, что это долго и много. Но чем больше преподаю и работаю, тем больше понимаю, что и это не срок: понять можно, но мозги повернуть быстро нельзя. Здесь должны быть не просто знания и даже не навыки. Должно быть иное сознание.  Педагогу надо найти свое место в среде, в классе  – это требует времени. Правы европейцы, когда делают годовой курс. В этот год должна входить и практика, когда я наблюдаю за детьми, и когда что-то начинаю делать самостоятельно, когда я наблюдаю педагога в работе и анализе. Без этого монтессори-образования не получится.
Самое больное место обучения сейчас – это практика и опыт.  Хорошо научить, может быть, и есть кому, а площадок, где можно было бы проходить практику,  мало. Не в каждом городе есть такие. Хотя есть хорошие группы, но надо понимать, что площадка не готова постоянно принимать студентов. Это другая форма работы.
 
Весь мир идет к тому, чтобы менять формы образования. Я уверена, что Мария Монтессори обязательно использовала бы современные возможности. Конечно, полностью курс в онлайн не уйдет никогда, – очень много живых вещей, которые через компьютер не почувствуешь. Но часть программы – может. Вспомним первые курсы самой Марии Монтессори: там было 50 часов теории, 50 – работы с материалом, 50 – практики. Потом часы прибавились, но  соотношение осталось.

Курс, который мы готовим сейчас, рассчитан на  1400 часов. Он для тех, у кого нет психологического или педагогического образования, педагогика и психология – не академические, вузовские, а прикладные, в программу мы включили все  те аспекты, которые нужны практикующему педагогу, плюс практика, стажировка, а на выходе  –  диплом о переподготовке, получении новой квалификации.  Хотя образование должно быть разным – тогда оно будет соответствовать духу монтессори-педагогики.

Другие дети

Новый формат образования, личностно-ориентированный подход, предельная свобода для развития ребенка и запредельные возможности – современные родители ценят перспективы такого подхода. Но парадокс – делая шаг навстречу этой системе, родители, и педагоги зачастую не могут принять ее до конца: трудно доверить будущее ребенку, трудно поверить в то, что суховатая средовая педагогика справится в одиночку, без помощи других, непросто дается и осознание того, что взрослый не всесилен.

Е.Н.: Вы открывали в Снежинске школу. Общаетесь с выпускниками?

Связь есть,  общаемся. Сейчас это уже взрослые люди, интересные, состоявшиеся. Они уходили от нас в двенадцать лет: представьте себе подростков, и вы поймете. Но в итоге наши выпускники оказались в числе уважаемых в классе людей.

Важно то, что монтессори-дети вырастают реалистами, они не оторваны от мира: они договариваются, отстаивают свое мнение. Нормализованные дети – это не дети в сиропе, они и подраться могут, другое дело – они умеют адекватно выходить из таких ситуаций. Наши мальчишки могли  договориться о том, как драться можно и как драться нельзя.

Е.Н.: Как Вы понимаете, кто по окончании курса останется в профессии?

Важнейшее для педагога качество, о чем говорила сама  Мария Монтессори, – это смирение. Смирение перед тем величием и той задачей, которую решает ребенок. Он буквально из ничего строит человека.

Взрослым часто свойственно переоценивать свое значение – мы учим, мы воспитываем. Так вот – ни один человек не воспитает и не научит, если ребенок не будет делать этого сам. Вроде бы это общее место в монтессори-педагогике, но если вдуматься – ребенок решает грандиозные задачи: он за три года научается ходить, говорить, сам осваивает язык. Каждый из нас – это результат того самого труда.

Наша миссия - помочь ребенку стать человеком своего места и времени, и мы – педагоги, тоже часть этих условий. Наши дети попадут в тот мир, который они построят сами. И построят именно таким, какие будут сами. Мы должны создавать среду из лучшего. Ребенок непрерывно развивается, растет, строит, ищет. И педагог  тоже. Если он знает все – это точно не монтессори-педагог.

Е.Н.: На Ваш взгляд, в Монтессори-педагогике есть минусы?

Я их не вижу. Потому что это не методика, и не метод. Мария Монтессори всегда была категорически против  приписывания ей авторства. Нет монтессори-педагогики, есть педагогика научная. Может быть, в ней еще что-то не доделано, не допонято. Но это нормально для науки, которая развивается. В физике есть недостатки? То же самое и с монтессори-педагогикой. Можно чего-то не знать о ребенке, чего-то не понимать. И так будет, наверное, всегда. Важно то, что  это научный подход для реального ребенка.

Е.Н.: В этом году Российское монтессори-сообщество отмечало столетие со дня открытия в России первого детского сада по системе Монтессори. Что дальше?

Многие задаются вопросом – если монтессори-педагогика идеальна, если она существует уже сто лет, то почему до сих пор не завоевала весь мир? Посмотрите на общие образовательные тенденции во всем  мире. На обустройство классов. Там зачастую нет рядов парт,  столы стоят так, как это принято в монтессори-классах,  образовательное пространство организовано по принципам средовой педагогики.  Дети что-то делают, ходят по классу, нет вещающего учителя. Образование сильно изменилось за эти сто лет. В этом есть заслуга и Монтессори-метода. Если у нас будет происходить что-то подобное – это будет благом.  Люди разные и нельзя  сказать, что всем подходит монтессори-педагогика. Более того, чем дальше мы будем развиваться, тем меньше вероятности, что у нас будут одинаковые программы. Это закономерность развития – чем дальше, тем больше вариантов. Если их будет становиться меньше – это не развитие, а деградация.

Статья из журнала «Монтессори-клуб» № 2 (37) 2013 г.

Как и где узнать о педагогике Монтессори больше?

Предлагаем Вам стать участником программы "Монтессори-педагогика для всех". Это платная рассылка серии из 48 писем, каждое из которых включает в себя подборку статей о педагогике Монтессори, задания для самоконтроля и мультимедийные материалы.

Автор программы Елена Хилтунен: Монтессори-педагог, инициатор и родоначальница возрождения монтессори-педагогики в России, эксперт Ассоциации монтессори-педагогов России, автор более 30-ти книг о педагогике Марии Монтессори.

Интересно? Расскажите друзьям:

Надежда Смирнова

Основатель и преподаватель Международного Института Монтессори-педагогики. Психолог. Диплом AMS 3-6. Создатель и руководитель (1992-2004) одного из первых в России детских садов и начальных школ Монтессори в г. Снежинске. 

Наши учебные программы:
Монтессори-педагогика для всех
Монтессори-педагогика для всех
2400 руб.
Монтессори-педагогика для родителей
Монтессори-педагогика для родителей
1200 руб.
Учитель для школы Монтессори
Учитель для школы Монтессори
990 руб.
Монтессори-педагогика для «исключительных детей»
Монтессори-педагогика для «исключительных детей»
1200 руб.
Монтессори-бабушки в строю
Монтессори-бабушки в строю
1200 руб.
Первые шаги. Монтессори-педагогика от 0 до 3-х
Первые шаги. Монтессори-педагогика от 0 до 3-х
1200 руб.
Русский язык по методу Монтессори
Русский язык по методу Монтессори
990 руб.
Пробуждение творчества. Метод М. Монтессори
Пробуждение творчества. Метод М. Монтессори
1200 руб.
«Домашняя школа Монтессори. Диалоги в письмах».
«Домашняя школа Монтессори. Диалоги в письмах».
1200 руб.
Понимание математики. Метод М. Монтессори
Понимание математики. Метод М. Монтессори
990 руб.
Материалы на эту тему:
Елена Литвяк

Уроки весенней педагогики

Фред Кулик

Об ответственности как результате свободы

Алексей Колабаев

Как дети сами себя учили русскому языку с помощью коллекции материалов Монтессори-Фаусек.

Оксана Иванова

Вслед за Марией Монтессори будем каждый день искать и находить в себе секрет детства

Симон Львович Соловейчик

Воспитание доверием

Подключайтесь к программе «Монтессори-педагогика для всех»
В учебную программу, рассчитанную на год, вошли лучшие статьи, часть из которых больше нигде не публикуется, аудио и видео-файлы, комментарии и задания экспертов.

Узнать подробнее »