«Золотая Коллекция»

Подписывайтесь на рассылку «Золотая коллекция»
Приглашаем наших друзей и коллег стать подписчиками расширенной версии электронного журнала «Монтессори-клуб»! Мы будем отправлять Вам подборку лучших и самых актуальных материалов сайта один раз в неделю по вторникам.

Подключайтесь к нашим учебным программам
Получайте вместе с нами информальное образование! Узнайте о педагогике М.Монтессори самое главное и из первых рук! В наши персональные рассылки вошли лучшие статьи журнала «Монтессори-клуб», часть из которых больше нигде не публиковались, аудио и видео-файлы, комментарии и задания экспертов.

Выберите Курс »

Какие навыки важнее

Ольга Доленко
С тех пор, как  стали отмечать День распространения информации об аутизме, у многих врачей, педагогов, родителей реально изменились представления об этом расстройстве.
Но, по-прежнему, как и много лет назад, диагноз «аутистического расстройства» с пренебрежением отвергается, зато выписываются «простыни» медикаментозных назначений, где ноотропы перемешаны с нейролептиками, многие из которых давно уже не используются в детском возрасте. Но проблема аутизма заключается в неумении общаться и сотрудничать с окружающими людьми. Какие лекарства могут научить ребенка разделять радость или огорчение с близкими или понимать все многообразие социальных сигналов других людей?

www.olgadolenko.blogspot.co.il

Комфортность – результат минимизации требований?

Практически любая современная программа обучения особого ребенка преследует цель максимально приспособить его к той социальной среде, в которой он находится. В таком случае имеет значение, каким навыкам в первую очередь нужно обучать ребенка, имеющего проблемы развития. Мне известна точка зрения специалистов, которые считают, что требования к такому ребенку должны быть минимизированы, главное, чтобы он чувствовал себя комфортно и был окружен заботой. В странах с высоким уровнем жизни, как правило, так и происходит. Именно для этой цели создаются различные центры, где особые дети чувствуют себя защищенными.

К примеру, семья, где находится аутичный ребенок, как правило, этого не скрывает от других, и окружающие, посвященные в проблему, и не ожидают от ребенка нормативного поведения.

Мы со своими детьми живем в другой реальности, к нашим детям принято уже с самого раннего возраста предъявлять высокие запросы. Дети дошкольного возраста должны хорошо себя вести, не бегать, не прыгать, не приставать к взрослым, без возражений принимать все ограничения. Они должны вовремя осваивать самые различные умения, причем желательно без усилий со стороны окружающих. Ситуация осложняется тем, что мало кто из взрослых на самом деле знает, какими умениями должен обладать ребенок в том или ином возрасте. «Ты почему не здороваешься?» – ругает мама двухлетнего малыша при входе в кабинет врача, не зная о том, что это взрослый должен первым поздороваться с таким маленьким ребенком, да к тому же сделать это так деликатно, чтобы не напугать его.

Вместо помощи в освоении социальных навыков родители нередко формируют у своих детей чувство неуверенности, внутреннего напряжения при общении с непредсказуемыми взрослыми. У нас, например, принято взять и поставить малыша перед толпой гостей, заставляя читать стишки, да еще упрекать в том, что он, застеснявшись, отказался это делать. Интересно, много ли найдется взрослых людей, желающих выступить перед огромной аудиторией да еще без предварительной подготовки?

Еще сложнее родителям особых детей. Им приходится постоянно выслушивать претензии по поводу того, что их ребенок что-то не умеет делать или демонстрирует ненормативное поведение. Вместо профессиональной помощи они выслушивают упреки со стороны педагогов, которые, к сожалению, сами не всегда знают, чему следует учить ребенка с проблемами развития. И примеров этому много.

Некорректность тестов

Неговорящий семилетний аутичный мальчик проходит обследование в ПМПК, консультантам известен его диагноз. Перед ребенком выкладывают несколько букв и просят сложить слово «ОСА». Простое короткое слово, всего из трех букв. К огорчению мамы, мальчик не справился с тестом. Откуда ей знать, что даже по отношению к обычному ребенку такое задание не является адекватным хотя бы потому, что он еще не изучал грамматику письменной речи и в лучшем случае может выложить «АСА», то есть так, как слышит.

Другой пример. Аутичная девочка посещает коррекционный класс, где вполне адаптирована, научилась читать и постепенно осваивает навыки письма. Но учительница недовольна тем, что ребенок не знает ни одного стихотворения и совсем не понимает и не пересказывает сказки. Мама пришла за советом на консультацию. Какой тут может быть совет, если педагог не имеет представления о том, что для аутичного ребенка такая контекстная речевая продукция, как стихотворения и сказки, которая не опирается на житейский опыт ребенка и не имеет практической значимости, вовсе не способствует развитию речи. Более того, рифмованные речевые фрагменты или многократно слышимые высказывания героев любимых мультиков могут трансформироваться в стойкие повторы и помешать развитию эффективного речевого общения.

Аутичные дети, которые с раннего возраста слышат простой и доступный для понимания речевой комментарий близких взрослых, «наложенный» на их реальную жизнь, в дальнейшем намного успешнее и адекватнее продуцируют собственные высказывания.

И таких примеров много. Часто родители вынуждены «подстраиваться» под шаблонные требования педагогов, а не под реальный потенциал своего ребенка. Хотя, должна заметить, в упорном стремлении сделать из своего ребенка «такого, как все» родители тоже нередко «перегибают палку».

Самые важные навыки

Родители часто спрашивают, с каких навыков должно начаться обучение особого ребенка? Осознавая, что ребенок явно отстает в развитии от своих сверстников, они стремятся как можно скорее восполнить этот разрыв и интенсивно обучают его, как им кажется, очень важным навыкам. Ребенка учат называть цвета, геометрические фигуры, цифры и буквы, показывают огромное количество картинок, требуют, чтобы он повторял слова и т.п. Иногда степень вмешательства доходит до такой интенсивности, что ребенок при виде очередной картинки, книжки или карандашей начинает все сбрасывать со стола и проявлять протест.

Такая же ситуация нередко наблюдается и в том случае, когда ребенок посещает специалиста, который без учета индивидуальных потребностей ведет себя примерно так же, как и активная мама. Некоторые родители идут еще дальше – заметив, что ребенок обладает прекрасной памятью, может запомнить и повторить все что угодно, начинают пополнять его неосознанный словарь иностранными словами, большим количеством стихов, сказок, полагая, что это стимулирует его умственное развитие.

Иногда наблюдается парадоксальная ситуация, когда ребенок может спонтанно произносить цифры и буквы алфавита (и русского, и английского), называть картинки, открывать файлы в компьютере, чтобы запустить любимый мультик, но при этом не просится в туалет, не умеет обращаться с просьбой, закатывает истерику каждый раз, когда ему не предоставляют желаемое, требует от близких беспрекословного выполнения ежедневных ритуалов и, откровенно говоря, держит в напряжении всю семью.

Практическое умение или интеллект?

Мне кажется, что здравый смысл и осознание того, насколько функциональным является то или иное достижение, должны являться основной стратегией родителей и специалистов. И если шестилетний ребенок считает до ста и при этом не просится в туалет – его все равно будут воспринимать как ребенка с проблемами. Есть навыки, на формирование которых затрачиваются огромные ресурсы, но в итоге они не имеют никакой практической значимости. Например, какую пользу приносит ребенку называние букв в трехлетнем возрасте, если он все равно еще не умеет читать? Зачем ему знать название геометрических фигур, для каких целей? И зачем его надо учить рисовать квадрат или овал, если можно нарисовать дом, который он видел собственными глазами, или машину, с которой он любит играть? «Никак не можем научить его буквам!» – сетовала бабушка аутичного мальчика, который не смог посещать детский сад из-за агрессивного поведения и в свои пять лет не умел самостоятельно есть, одеваться и проситься в туалет.

В медицине есть такое понятие, как «качество жизни» пациента, имеющего хроническую проблему здоровья. К реабилитации особых детей это имеет прямое отношение, поскольку именно практическая значимость навыков, которым обучают ребенка, напрямую влияет на его адаптацию. Даже если аутичный ребенок знает все буквы, соотносит одинаковые картинки, выстраивает сложные конструкции из мелких предметов, проговаривает наизусть содержание мультиков, ориентируется в компьютерных играх, но при этом не пользуется туалетом, ест только жареную картошку, не умеет отвечать на вопросы, из-за проблем поведения не может посещать общественные места, то качество жизни как самого ребенка, так и его семьи серьезно страдает.

Последнее время я все чаще наблюдаю ситуацию, когда родители и некоторые специалисты, обучившись эффективным приемам АВА-терапии, направляют свои усилия на формирование формальных и нефункциональных навыков. На таких занятиях ребенок может называть разнообразные геометрические фигуры, соотносить бесчисленное количество одинаковых изображений, в то время как эти навыки, возможно, сформированные правильным способом и согласно технологии, уже давно утратили свою функциональность, а может быть, и вообще не были нужны конкретному ребенку.

Еще один очень важный момент – обучение ребенка должно опираться на его реальный потенциал. Ничто так не мешает продвижению ребенка, как завышенные ожидания. Нет смысла адресовывать неговорящему ребенку вопрос «Что ты хочешь?». Нет смысла приучать его к рисованию, если он не умеет удерживать в руке карандаш. Нет смысла стимулировать неосознанное копирование слов, если ребенок не умеет их использовать для общения с окружающими. И уж, конечно, нет никакого смысла брать с собой ребенка в супермаркет, где обилие соблазнов не только у аутичного ребенка спровоцирует истерику, но и опустошит кошелек родителей незапланированными покупками.


Познание мира через его исследование, а не насильно

Основанием для таких утверждений служит наблюдение за аутичными детьми, чьи родители обучали их навыкам, ориентируясь на практическую пользу. И в список таких навыков, прежде всего, входили формирование навыков туалета, умения самостоятельно одеваться, пользоваться ложкой и есть разнообразную пищу, умения выполнять просьбы близких, нормативного поведения в общественных местах – в магазине, в маршрутке, при переходе через дорогу. Знаю много семей, где реабилитация ребенка была направлена на обучение именно этим навыкам, позволяющих ребенку быть более независимым и уверенным. Такой ребенок чувствует себя более счастливым и защищенным независимо от характера проблем, а окружающий мир он познает в кругу семьи на собственном житейском опыте.

Считаю одной из самых серьезных ошибок взрослых пытаться дать ребенку представления об окружающей действительности через изображения на картинках. На самом деле ребенок сначала должен увидеть, услышать и почувствовать мир вокруг себя, а уже потом узнать (не в смысле «познать», а в смысле «опознать, соотнести») его с предъявленным изображением. Чувственный опыт первичен, а речь и распознавание изображений накладываются на реальный пережитый опыт. Не вижу смысла тратить ресурсы на простое называние цветов и геометрических фигур. Ребенок легче запомнит, что такое круг, если увидит и ощутит округлость колеса машинки или форму блинчика, который испечет вместе с мамой. Он наверняка быстрее запомнит названия цветов, если будет сравнивать красное яблоко с желтым или синюю машинку с зеленой. Формальное обучение отдельным характеристикам предметов может только запутать ребенка и отвлечь от понимания значения слов. Особенно это касается аутичных детей, которые и так чрезмерно увлечены отдельными характеристиками предметов. К сожалению, как раз этому взрослые уделяют огромное внимание. Мне кажется, что обучение называнию признаков может иметь значение тогда, когда помогает ребенку оценить ситуацию, ориентируясь на определенное свойство – например, сигнал светофора, или если ребенку предлагают на выбор конфету или игрушку определенного цвета. Мне приходилось наблюдать ситуации, когда ребенок в результате чрезмерного упорного «обучения» цветам вместо названий предметов использовал названия цвета и на машинку, например, говорил «зеленый».

Главное, чтобы это обучение осуществлялось последовательно и соотносилось с возможностями ребенка независимо от его биологического возраста. При таком подходе почему бы и не блеснуть умением легко ориентироваться в компьютерных программах и знаниями английских слов, если ребенок их услышал и подхватил? Главное, чтобы все это работало на развитие, а не заполняло ненужным грузом память ребенка. Изучение методов поведенческой терапии дает возможность взрослым использовать достаточный арсенал подсказок и техник обучения, но если эти методы использовать формально, а навыки не будут иметь практического приложения, то желаемого эффекта не будет. Что подходит одному ребенку, может совершенно не подходить другому. Можно иметь кучу разных сертификатов и специализаций, посещать различные тренинги и семинары, но если взрослые не смогли подобрать мотивационный ключик к ребенку, а их ожидания от обучения ребенка неадекватны, то усвоенные им навыки вряд ли улучшат качество жизни семьи.


Статья из журнала «Монтессори-клуб» № 2 (47) 2015 г.
Фото: интернет-источник

Как и где узнать о педагогике Монтессори больше?

Предлагаем Вам стать участником программы "Монтессори-педагогика для всех". Это платная рассылка серии из 48 писем, каждое из которых включает в себя подборку статей о педагогике Монтессори, задания для самоконтроля и мультимедийные материалы.

Автор программы Елена Хилтунен: Монтессори-педагог, инициатор и родоначальница возрождения монтессори-педагогики в России, эксперт Ассоциации монтессори-педагогов России, автор более 30-ти книг о педагогике Марии Монтессори.

Интересно? Расскажите друзьям:

Ольга Доленко

 - детский врач-психиатр

Наши учебные программы:
Монтессори-педагогика для всех
Монтессори-педагогика для всех
2400 руб.
Монтессори-педагогика для родителей
Монтессори-педагогика для родителей
1200 руб.
Учитель для школы Монтессори
Учитель для школы Монтессори
990 руб.
Монтессори-педагогика для «исключительных детей»
Монтессори-педагогика для «исключительных детей»
1200 руб.
Монтессори-бабушки в строю
Монтессори-бабушки в строю
1200 руб.
Первые шаги. Монтессори-педагогика от 0 до 3-х
Первые шаги. Монтессори-педагогика от 0 до 3-х
1200 руб.
Русский язык по методу Монтессори
Русский язык по методу Монтессори
990 руб.
Пробуждение творчества. Метод М. Монтессори
Пробуждение творчества. Метод М. Монтессори
1200 руб.
«Домашняя школа Монтессори. Диалоги в письмах».
«Домашняя школа Монтессори. Диалоги в письмах».
1200 руб.
Понимание математики. Метод М. Монтессори
Понимание математики. Метод М. Монтессори
990 руб.
Материалы на эту тему:
Анатолий Цирульников

Такая книжка, чтобы в конец не заглядывать

Ксения Краснова

Листья и глина…

Алексей Колабаев

Освоение математики в детской логике и с детским упорством

Татьяна Кузнецова

Индейцы в городе

Татьяна Бабушкина

Как мы спеем или тайнопись еды

Подключайтесь к программе «Монтессори-педагогика для всех»
В учебную программу, рассчитанную на год, вошли лучшие статьи, часть из которых больше нигде не публикуется, аудио и видео-файлы, комментарии и задания экспертов.

Узнать подробнее »